Category: путешествия

Крысиный замок. Глава 23

Теперь, когда замок был перед ним, Твилу вдруг стало страшно. Он не ожидал, что замок окажется таким большим. Он надеялся найти просто высокий дом, пусть даже такой, как на картинке в его книжке. А это здание и домом-то назвать нельзя. Он скорее был похож на каменную лестницу до самого неба. Нет-нет, Твилу вовсе не было страшно. Ну, разве что чуть-чуть, а это ведь не считается. Да и кто бы на его месте не испугался бы, оказавшись в незнакомом месте. Вон, прошлым летом пасечник в Тукме рассказывал о том, что собирается в соседнюю деревню – до той деревни всего и дороги-то пара часов, а пасечник так готовился к путешествию так, будто это настоящий подвиг. А Твилу, между прочим, и лет-то совсем немного, а он сам, без чьей-то помощи добрался до замка и прошел через Вечный лес. Так что на небольшой страх можно и внимания не обращать. Вот только… что же ему теперь делать? В замке, что нарисован в книжке сказок, можно было бы поселиться, там можно было бы переждать зиму, а уже весной отправиться в путь, пусть даже Твил пока и не придумал, куда же ему пойти. А как жить в этой громадине?

            Мальчик зря надеялся, что за ночь сможет привыкнуть к виду замка. Наступило утро, и ничего не изменилось. Замок оставался таким же огромным. Твил глядел на каменный забор, на большой парк за этим забором – и ему почему-то захотелось убежать куда-то. Просто убежать прочь, не разбирая дороги, как люди порой бегут от лесного пожара или от дикого зверя. Вероятно, мальчик так бы и поступил, если бы пестрая птица над его головой вдруг не завопила диким голосом: «Киарр!» - и Твил очнулся. О чем он думает? Это же просто здание, пусть большое, даже огромное, но, в сущности, ничем не отличающееся от хибарки Дага и Бага в Тукме. Значит, к замку можно подойти, а потом уже на месте решать, что делать дальше.

            «Но вначале нужно хорошенько подкрепиться», - сказал себе Твил. Мальчик решил поискать в лесу какую-нибудь еду, ведь запасы в его мешке заметно уменьшились. Твил не задумывался о том, что в эту предзимнюю пору найти еду в лесу не так уж просто, ведь раньше у него никогда не было сложностей с поиском грибов или ягод. Когда другие приходили домой с пустыми руками, он умудрялся находить целые семейки толстопузых боровиков, а его много раз латаная корзинка оказывалась полна спелых ягод. Вот и сейчас, едва Твил свернул с тропы в сторону, он увидел большой куст, сплошь  усыпанный спелыми орехами. Мальчик не удержался и съел несколько штук – орехи были сладкими и вкусными. Твил не стал обдирать все, ведь здешним птицам и зверью тоже чем-то кормиться нужно. Собрав две горсти орехов, мальчик бросил их в свой мешок и двинулся дальше, внимательно выискивая другую добычу. Вскоре ему попалась полянка, покрытая спелыми осенними ягодами. «И как они уцелели после таких дождей и снега», - удивился Твил. Он ел ягоды, бросая в рот одну за другой и чувствуя, как приходит чувство тепла и сытости, словно он глотал не водянистые ягоды, я горячий мамин суп.

Тут мальчик вдруг понял, что тропу уже не видать, и он не помнит, в какой стороне расположен замок. «Киарр!» - послышался опять птичий крик, и Твил зашагал туда, почему-то решив, что птица поможет ему найти верный путь. Вскоре мальчик и в самом деле оказался на том же месте, где стоял некоторое время назад. Он даже увидел свои следы на влажной земле. И почему-то именно они, эти небольшие углубления, уже начавшие заполняться водой, заставили Твила в очередной раз почувствовать себя совсем маленьким и одиноким. Но одновременно мальчик почувствовал некую уверенность в том, что то, что он делает сейчас, - это правильно. Ради этого он рос, ради этого, возможно, появился на свет. Нужно просто идти вперед, а там видно будет, что делать дальше. И Твил сделал шаг, а потом еще один. Он шел, не замечая, что тропа перед ним становится все шире, что деревья расступаются, давая ему дорогу. И что разноцветные птицы внимательно следят за ним круглыми, похожими на черные пуговицы глазами.

            Путь до каменных ворот оказался длиннее, чем  казалось издали. Дорога раскисла от недавних дождей и снега, к тому же шла все время в гору. Ноги скользили, путались в увядшей траве. Твил несколько раз упал, основательно испачкавшись в грязи. С каждым пройденным шагом настроение мальчика все больше портилось, ему вновь стало казаться, что нужно повернуть назад и идти туда, откуда он пришел. Замок давил на Твила своей исполинской мощью, уверяя незваного гостя в том, что ему здесь не место. Мальчику стало казаться, что он слышит, как кто-то требовательно шепчет ему: «Уходи! Уходи!». Твил и сам не знал, что давало ему сил двигаться дальше. Но когда ладони мальчика уперлись в основание каменного забора, противиться этому невидимому голосу стало невозможно. Твил развернулся и побежал назад. Он мчался все быстрее и быстрее, не замечая, что то и дело падает, а свой мешок он обронил где-то по дороге. Лишь громкий птичий крик заставил мальчика остановиться.

            Куда он несется? С чего он взял, что сумеет найти дорогу назад? Да и куда это он собрался идти? В Тукму? Разве его там кто-то ждет? Он потерял все припасы, потерял запасную одежду – как он выживет в лесу, даже если сможет найти верный путь? Твил сидел на земле – мокрый, грязный, злой на себя и на весь мир.

            С дерева сорвался вниз орех, за ним еще один. Твил поглядел вверх и увидел небольшого серого зверька, уверенно сновавшего по веткам. Зверек смотрел на человека без страха – не приближался, но и не пытался скрыться. Видимо, довольный произведенным эффектом, зверек уселся на толстой ветке и, словно фокусник на ярмарке, достал откуда-то еще один орех и принялся его грызть. Твил, не отрываясь, смотрел на зверька. «Киарр!» - послышалось откуда-то слева. Там, в гуще еловых ветвей мальчик увидел странную черно-белую птицу, которая хлопала крыльями и кричала, как будто была чем-то недовольна. Отвечая ей, зверек громко пискнул, замахал лапками и быстро-быстро что-то затараторил. Почему-то у Твила от этой картины стало на душе светло и радостно, словно он неожиданно для себя встретил старых друзей. И разом пропали сомнения в том, что делать дальше. Твил встал, отряхнулся, вытер руки о куртку и вновь направился к замку. Он не видел, что происходило у него за спиной, но почему-то знал, что зверек и птица следуют за ним по пятам. Твилу потребовался почти час, чтобы дойти до забора. К счастью, ему удалось найти свои вещи, причем мальчик больше всего был рад тому, что не пропала мамина книжка.

            Зверек и птица проводили Твила до границы парка. Когда мальчик оказался рядом с забором, птица вновь крикнула, а затем уселась на ветку, наблюдая за тем, что будет делать Твил. Зверек сел на соседнюю ветку и тоже внимательно таращил свои выпуклые глазки на мальчика. Твил не видел, что за ним следят еще другие птицы и звери. Не слышал он и их безмолвный разговор.

- Ему надо помочь! – сказала худая птица, белая с вытянутой шеей.

- Да-да, помочь! – закивали две маленькие черные птички.

- Он один не сможет пройти! – все еще настаивала худая птица.

- Поможем! Поможем! – решили серый зверек и черно-белая птица.

- Мы можем, мы можем! – вторили им остальные.

            Ворота были заперты. Да что там, они были запечатаны ни на что непохожей каменной печатью с изображением чьей-то ладони. Твилу это было неведомо, но те, кто следил сейчас за ним, знали, что ворота откроются лишь по прикосновению того, кто оставил на печати свой след. Значит, нужно искать иной способ проникнуть в замок.

- Я могу прорыть лаз! – беззвучно сказал серый зверек.

- И как долго ты будешь рыть этот лаз? Его придется сделать таким большим, чтобы

ОН смог пролезть? – фыркнула черно-белая птица.

- Как же нам быть? Как же нам быть? – запричитали остальные?

            Твил стоял, вцепившись руками в холодный камень. Забор был слишком высок, чтобы пробовать перелезть через него. Вдобавок ко всему, мальчик все еще чувствовал, что какая-то мощная сила хочет заставить его уйти прочь от замка. Но вместе с тем возникало чувство, что кто-то другой, напротив, подталкивает его вперед.

- Мы справимся! – настаивала черно-белая птица.

- Но как? – продолжали спрашивать мелкие птички.

Появившаяся откуда-то сверху пестрая птица уверенно опустилась на забор и повернула голову назад и вперед, словно проверяя, не пропустила ли она что-то важное.

- Киарр!!! – крикнула пестрая птица.

- Мы должны вспомнить! – согласился с птицей серый зверек.

- Здесь нужна магия! – кивнула белая птица.

            Твил почувствовал, что какая-то сила давит на него, заставляя прижаться к забору как можно ближе. Сила вдавливала его внутрь камня, не давая шевельнуться. Одна магия боролась с другой, одно заклинание – с другим заклинанием. В одном заклинании были слова и символы, написанные волшебниками, в другом – щелест ветра, легкий взмах крыла, мягкость меха, острота когтя. Древняя, первозданная магия планеты, которой когда-то владели все живущие в этом мире, сейчас сосредоточилась в крыльях и лапах последних носителей этого дара. Эти существа знали, что скоро уже не останется никого, кто сможет передать их знания дальше. И лишь вот этот мальчик, застывший сейчас возле каменного забора, оставался их последней надеждой на то, что не все еще потеряно.

Крысиный замок. Глава 14

«Может, стоит остаться в деревне до весны?» - спросил себя Твил. В доме волшебника, где мальчик пока поселился, запасов еды вполне могло хватить. Конечно, жить одному в заброшенной деревне было страшновато, но ведь в замке он тоже должен будет жить один. «Тут есть крупа, мука, сушеные овощи и даже мед», - вслух рассуждал Твил, перебирая припасы в кладовке, - «А еще тут было масло и сушеная рыба». Неизвестное мальчику волшебство сохранило ежу от порчи, так почему бы не воспользоваться таким подарком судьбы? Конечно, роскошной его жизнь не будет, но когда он вообще питался лучше? В Тукме у Твила порой за весь день не было во рту ничего, кроме полученной от пекаря подгоревшей булки, да воды из ручья.
Чем больше Твил думал над своей идеей, тем более привлекательной она ему казалась. В доме волшебника было тепло и сухо, запаса дров хватит не на одну зиму, в колодце есть вода – что еще нужно для жизни? Здесь были даже свечи и книги – не книги по магии, а обычные книги, которые Твил, пусть и с трудом, но мог читать. Он нашел кое-какие вещи – подушки и одеяла, одежду, пусть она и была мальчику велика. «Да-да, я так и сделаю, останусь здесь жить!» - сказал себе Твил.
Он принял решение идти к замку? Ну, да, конечно, но почему-то постепенно мысль о том, чтобы куда-то идти стала приходить на ум все реже, зато все приятней было думать об уютной комнате, о сидении с кружкой чая возле горящего камина. В доме было уютно, и мальчику хотелось остаться здесь навсегда. Он уже представлял, как весной посадит во дворе салат и лук, вот только отыщет их семена в кладовке. «Салат растет быстро, значит, уже очень скоро он сможет добавить к своему рациону свежую зелень. А потом в саду созреют фрукты, в поле заколосится вирс. А в ручье неподалеку есть рыба, не может ее не быть», - Твил произнес эти слова вслух и сам удивился этому. Нет, в сущности все было правильно, вот только мальчику на миг показалось, будто это сказал вовсе не он, а кто-то другой. Но в доме больше никого не было – только волшебство, оставленное неведомым магом. Могло ли быть так, что это магия дома заставляет его думать о том, чтобы остаться в деревне? Ведь Твил не мог знать о том, есть ли рыба в ручье, да и о наличии семян в кладовке ему ничего неизвестно. Тогда почему же Твил был уверен, что найдет и то, и другое, если захочет. «Этот дом может стать твоим!» - неслышно шептали стены дома. «Зачем тебе идти куда-то, если тебе хорошо здесь?» - вторили им диван, стол и даже ковер на полу. «Тут тепло и сухо!» - трещали дрова в камине. Твил и сам не заметил, как прошел день, а потом еще один, и еще один, а он все еще оставался в деревне.
Ночами мальчику снились странные сны – путаные, нелогичные. Образы роились, перекрывая друг друга, как будто он видел не один сон, а несколько разные сразу. То Твилу мерещился загадочный лес, мальчик шел по этому лесу, пытаясь найти что-то очень важное, то вновь оказывался в доме, и прятался в нем от чего-то страшного, что могло ждать за порогом. Твил несколько раз просыпался, но потом вновь засыпал – и тогда странные сны снова атаковали его. Обычно к утру сны забывались, и оставалось лишь чувство неудовлетворенности, как будто он случайно что-то сделал не так, но сам не знал, что именно. Так продолжалось несколько дней, но когда настал пятый день пребывания Твила в доме, он проснулся задолго до рассвета, и сны больше не приходили. Мальчик подошел к окну и выглянул на улицу. Там шел снег – первый в этом году. Снежинки кружились в танце, и Твилу вдруг захотелось прикоснуться к ним. Мальчик оделся и вышел из дома.
Похолодало, но время сильных морозов еще не пришло. «Если я хочу дойти до замка до начала настоящей зимы, мне стоит поторопиться», - подумал вдруг Твил. Здесь, за порогом дома, он чувствовал себя неуютно. Мысль о том, что вокруг стоят дома, давно покинутые людьми, вдруг стала пугающей. А вдруг призраки покинувших деревню людей до сих пор бродят где-то тут? Да разве он может жить здесь один? Разве можно прожить всю жизнь, прячась за плотно закрытой дверью? Нет, нужно идти в замок, как он и собирался. Замок большой, там найдется место для жилья, есть парк для прогулок. И потом, никто же не заставит его остаться в замке, если там будет плохо? Можно будет дойти до Барси или до Лента, или куда-то еще, мало ли в мире других деревень.
Твил сделал несколько шагов, удаляясь прочь от дома, и чем дальше он уходил, тем слабее было желание вернуться в дом и остаться там навсегда. Более того, почему-то пришло понимание, что если он хочет узнать о своем прошлом, то нужно скорее идти дальше. «Когда снег занесет дороги, я не смогу найти дорогу к замку», - подумал Твил.
Мальчик бросился к дому, чтобы собрать вещи и отправиться в путь. Он распахнул дверь и перешагнул через порог, и сразу стало тепло. Огонь в камине приветливо трещал, громко свистел чайник, поставленный на огонь. «Ты дома, дома!» - нашептывал Твилу дом. «Зачем куда-то идти? Останься!» - уговаривало пламя в очаге. Глаза у мальчика стали слипаться, голова сама опускалась, и вскоре он уже крепко спал, завернувшись в теплое одеяло.
Когда Твил проснулся в следующий раз, день был уже в разгаре. Снегопад прекратился, и ярко светило солнце. Мальчик выглянул из окна, и бегущая вдаль дорога блеснула впереди. «Мне нужно идти», - подумал Твил, и начал собираться в путь. Он высыпал на стол, все, что лежало у него в сумке, а потом взял в кухне заплечный мешок побольше. Сложив туда остатки своих припасов, Твил добавил к ним специи, сушеные овощи и крупу, которые нашел на кухне. Плащ-дождевик, который висел в прихожей, был мальчику сильно велик, но Твил все же решил взять его с собой, ведь плащ можно было использовать в качестве подстилки. Огниво и свечи тоже стоило взять в дорогу…
Твил торопился уйти, понимая, что если задержится еще хотя бы на немного, то останется в этом доме навсегда. Он загасил огонь в камине, аккуратно застелил постель. «Останься!» - чудился ему невнятный шепот. «Не уходи!» - бормотал дом. Но когда Твил почувствовал, что вновь начинает впадать в дрему, он повесил мешок на плечо и выбежал из дома. Где-то в саду с грохотом упал сук старого ольтового дерева. Скрипнул, отвалившись, ставень, разом поблекла краска на наличниках, скособочилась дверь. Всего этого Твил уже не видел. Он торопливо шагал по дороге, уходя прочь из деревни. Снег подтаял и хлюпал под ногами, дорога была скользкой, но почему-то настроение у Твила было радостным, словно он разом скинул с плеч усталость и сон.
Вскоре впереди показалась вначале небольшая рощица, а потом и лес, густой и древний, с деревьями до небес, которые нельзя было обхватить руками. Этот лес не зря называли Вечным, он появился, когда люди еще не жили в эти краях, и здесь можно было встретить такие деревья, которые не росли больше нигде. Где-то вдалеке кричали невидимые птицы, шумели ветви деревьев, роняя вниз снег, в чаще рычал какой-то зверь. Твил испугался, но лишь на миг. «В лесу совсем не страшно, малыш», - вспомнил мальчик слова матери, – «Ты не должен бояться, в лесу никто и никогда не причинит тебе вреда!». А вдруг мама была права? Она же не говорила, что в лесу никто не обидит ее, она говорила лишь о нем, Твиле. Может, лес и в самом деле может защитить его? Эта мысль показалась мальчику странной, но при этом он знал, что так и есть, как будто он и сам все время знал об этом, но на время забыл. И когда с одной из елок с шумом сорвался ком снега и упал перед ним, Твил даже не вздрогнул.
Мальчик шел и шел вперед, никуда не сворачивая. Он не был уверен, что идет правильно, но другой дороги здесь вес равно не было. К тому времени, когда сгустилась тьма, деревни позади давно уже не было видно. Твил не стал разводить костер, вместо этого он забрался под большую ель и, расстелив плащ, улегся на нем, свернувшись клубочком. Сил на то, чтобы ужинать, у Твила не было, и он решил, что поесть можно будет и утром.
Ночью вновь пошел снег. Он заметал лесные тропинки, насыпал сугробы возле деревьев и кустов. Но Твил продолжал спать, убаюканный лесными звуками. «Спи спокойно, тебя никто не обидит!» - шептал ему лес. «Уу-ууу!» - выл в лесу ветер, но в снах Твила ветер пел ему колыбельную, обещая покой. Мальчик спал долго, а когда проснулся, не чувствовал ни холода, ни усталости. Он развел костер на полянке неподалеку, собрав валявшиеся тут и там сухие ветки. Огонь разгорелся сразу, и пока Твил варил себе суп в котелке, ветер успокоился, будто не желая мешать мальчику.
Когда завтрак подошел к концу, Твил стряхнул крошки, снегом засыпал костер и, свернув плащ, пошагал дальше. Он даже не удивился, что промокшие ботинки утром оказались сухими, что еда в мешке, брошенном вечером в снег, не отсырела. Все было так, как должно быть, а почему должно – об этом Твил не думал.
Дорога, пусть и припорошенная снегом, была хорошо видна. Она была ровной и прямой, и мальчик шел вперед, радуясь тому, что заблудиться на такой дороге просто невозможно. Твил не знал, что в двадцати милях западнее Даг и Баг уже который день блуждают в лесу, не зная, как же найти исчезнувшую куда-то дорогу. Они кружили и кружили, вновь и вновь возвращаясь на то месте, с которого ушли несколько часов назад. Но Твилу лес казался родным, он будто отыскал старого и забытого друга, которого не видел много лет, но к которому всегда хотел вернуться.
В лесу Твил не чувствовал холода. Его одежда к утру всегда была сухой, еда на костре готовилась быстрее, чем обычно, да и ветки для костра находились, едва мальчик задумывался о том, что хочет разжечь огонь. И пусть когда вновь спустилась ночь, Твил так и не дошел до замка, он был уверен, что дорога приведет его туда… в свое время.